Королева Трезубца
— Вон, смотри, смотри.
Я посмотрел. К королеве, огромной коронованной русалке, на привязи вели трёх мелких тритонов. У пацанов были разбиты носы, но из-за воды, ясное дело, кровь не капала. Зато синяки вышли отменные, и переносицы мальков раздуло по крайней мере втрое.
Огромная королева поправила ткань своего палантина и перехватила трезубец. На мальчишек она смотрела со спокойствием и лёгким интересом.
Начался суд.
Кто бы мне раньше сказал - я бы не поверил, что мелких в общем-то ребят могут судить как взрослых. Преступление там было смешным: один попытался стащить пучок водорослей для сестры, двое других это заметили и вознамерились воришку остановить. Завязалась драка, маленькие тритоны расквасили друг другу носы и попались страже.
Королева качала головой. Наказывать мальчишек было как-то даже жалко, но она всё-таки должна была это сделать.
Тритонам назначили месяц уборок улиц, затем мальчишки должны были выращивать те самые водоросли. Ничего страшного, вполне справедливо. И самих мальков устраивало.
Королева улыбалась. К ней подвели другого русала.
Этот был взрослым, в периоде расцвета. Чешуя на его змееподобном хвосте отливала тёмным красным оттенком, как вспучившаяся холодная магма. Кожа русала была иссечена множеством шрамов, а на лице недоставало кончика носа.
Моя провожатая, русалка из змеехвостых, вцепилась мне в руку, не отводя взгляда от королевы и подсудимого.
Такая её реакция была странной. За всё время нашего совместного путешествия по её стране, куда я прибыл в качестве посла от людей-чародеев, русалочка сохраняла весёлый и лёгкий нрав. Нервно сжатые губы и злой блестящий взгляд я увидел впервые.
— Смотри, — сказала она, — и слушай.
Я обратился в слух.
Стражи, сдерживающие русала, разделились: один продолжал фиксировать подсудимому руки, другой вышел вперёд и принялся зачитывать королеве список прегрешений. Чего там только не было: кражи, разбой, насилие, неверность короне, умышленный вред чужому имуществу… особенно меня удивил пункт с насилием над детьми. Среди русалок, в конце концов, было полно тех, кто всю свою жизнь проводил в обличие ребёнка. Зачем же этот преступник надругался над настоящими детьми?
Насилие ради насилия, не иначе. Что у людей, что у русалов встречались такие твари, о которых и вспоминать не хотелось.
Подсудимый скалил жёлтые заточенные зубы. Он не выказывал ни капли страха, хотя наверняка знал, что будет дальше.
Королева всё с той же мягкой улыбкой нанизала тело преступника на свой трезубец. Всколыхнувшееся облако красной, практически человеческой крови быстро растворилось в воде.
На тело русала накинулись морские твари. Через минуту от него ничего не осталось, даже кости кто-то съел.
Моя сопровождающая втянула носом воду. Чувствовала ли она в ней вкус крови соплеменника?
— Идём, — сказала русалка, вновь обретя свой прежний лёгкий нрав, — нам ещё столько всего стоит осмотреть.
Комментариев нет:
Отправить комментарий